Актуально


Помочь сайту

Новости партнеров

Демотиваторы

613
" >

Донбасс сегодня: республикам нужно объядиниться

Донбасс в огне. ВСУ в рамках подготовки наступления переносят штабы ближе к фронту.Наемники из США приняли участие в обстрелах населенных пунктов ДНР.

В новостях с фронта Новоросии ничего "топового":, нацисты просто стреляют, просто разрушают жилые дома, просто убивают мирное население... Никаких сенсаций, обычный геноцид. Но, об этом нельзя молчать. И никто не молчит, хоть и развизжались в последнее время "всёслильщики", что исчезла, якобы, Новороссия с российских телеэкранов......

Обстановка в Донецкой народной республике обострена. Дончане регулярно и почти бесстрастно фиксируют в социальных сетях направления и интенсивность обстрелов со стороны ВСУ, а также используемое ими оружие, иногда иронизируя: "А я не слышу! Дети визжат и мульты смотрят". противник регулярно пускает в ход миномметы и танковые орудия. Кроме того, украинская сторона применила вооружение БМП, различные типы гранатометов и стрелкового оружия. Под укроогнем поселок Спартак, трасса Донецк-Горловка, в районе ясиноватского блокпоста, село Саханка, окраины Горловки - силовики обстреляли из танковых орудий поселки Широкая Балка и Шахту 6/7 на окраинах Горловки.

Официальные сводки от МО ДНР (Эдуард Басурин) и НМ ЛНР (Игорь Марочко) практически ежедневно выглядят примерно так:

МО ДНР:

"ВСУ в рамках подготовки наступления переносят штабы ближе к фронту. За прошедшие сутки украинские силовики ЧЕТЫРЕСТА СОРОК ДВА раза обстреляли территорию Республики, в результате СОРОКА ДЕВЯТИ нарушений режима прекращения огня. Всего противник выпустил 253 мины из минометов калибром 82 и 120 мм и произвел ТРИДЦАТЬ ШЕСТЬ выстрелов из танков. Также противник применял БМП, различные типы гранатометов и стрелкового оружия. Приказы на обстрел территории Республики отдавали все те же военные преступники: Соколов – командир 72 бригады, Заболотный – командир 58 бригады, Микац – командир 93 бригады и Мельник – командир 56 бригады. Мы уже неоднократно обращали внимание мировой общественности на одну закономерность – усиление обстрелов карателями накануне минских встреч. Так, сегодня мы получили тому очередное подтверждение, украинские бандиты и садисты перед переговорами, которые состоятся 6 апреля в Минске, снова усилии интенсивность огня по населенным пунктам Республики. Наиболее интенсивным обстрелам с применением тяжелого вооружения, запрещенного Минскими договоренностями, подверглись следующие населенные пункты: ЗАЙЦЕВО, ГОРЛОВКА, СТАРОМИХАЙЛОВКА, СПАРТАК, ЯСИНОВАТАЯ, КОМИНТЕРНОГО, САХАНКА, район АЭРОПОРТА и ПЕТРОВСКИЙ район города ДОНЕЦКА. В результате минометного обстрела населенного пункта Зайцево со стороны ВСУ получил множественные осколочные ранения Александр Сергеенко 1992 года рождения.

Разведка Донецкой народной республики продолжает фиксировать сосредоточение сил и средств вдоль линии соприкосновения. Так, в районе населенных пунктов:

ПЕСКИ (3 км до линии соприкосновения) обнаружено ТРИ танка;

КРАСНОГОРОВКА (3 км до линии соприкосновения) обнаружены ДВА танка и автомобиль "Урал" с боеприпасами;

АВДЕЕВКА (5 км до линии соприкосновения) обнаружено прибытие ТРЕХ автомобилей "КАМАЗ" с личным составом (до 160 человек) из карательных подразделений; Все данные о нарушениях Минских договоренностей были переданы представителям СЦКК и Миссии ОБСЕ.

Мы неоднократно заявляли о низком морально-психологическом состоянии, пьянстве и преступлениях украинских военнослужащих ВСУ. Так, вчера, в н.п. МАЙОРСК, нами были задержаны военнослужащие украинской армии, сержант РАДОВЕЦ Валерий Никифорович 14.07.1973 г.р. и рядовой КУШПИЛЬ Алексей Алексеевич 03.09.1986 г.р, проходящие службу в 4 роте огневой поддержки минометного взвода 42 омпб 57 омпбр, следовавшие в пьяном виде на автомобиле ЗИЛ-131 по трассе АРТЕМОВСК – МАЙОРСК. И это уже не первый случай, когда украинские военнослужащие в состоянии сильного опьянения теряются на местности, попадая на территорию ДНР.

Также наша разведка фиксирует перемещение штабов и органов управления 72 и 128 бригад ВСУ из глубины зоны "АТО" к линии соприкосновения. Этот факт свидетельствует о том, что военно-политическое руководство Украины ведет подготовку к новым масштабным кровавым провокациям. Перемещение штабов из глубины к переднему краю – один из признаков подготовки к наступательным действиям. Вооруженные Силы ДНР стоят на страже рубежей Республики, и готовы профессионально и квалифицированно отразить любое нападение со стороны войск карателей!"

НМ ЛНР:

"Украинские силовики отказываются признавать факты гибели военнослужащих на Донбассе, чтобы не платить положенные компенсации их родственникам. Третьего апреля все видели, как волонтерская организация, совместно с Народной Милицией, а также с подразделением МЧС ЛНР провели эксгумацию в районе населенного пункта Дебальцево. При этом найдены неопровержимые доказательства принадлежности погибшего военнослужащего к Национальной гвардии Украины", - ответил Марочко. "Но правительству Украины, наверное, невыгодно признавать данные факты и выгоднее отказаться от своих военнослужащих и погибших, признав их либо дезертирами, либо без вести пропавшими. Так как украинскому правительству нужно будет выплатить, на сколько я владею ситуацией, пособие в 500-кратном размере прожиточного минимума - это на сегодняшний момент более 600 тысяч гривен. Также, помимо этого, должны выплачивать пенсию в размере от 40 до 90% денежного содержания военнослужащего, а также другие социальные выплаты, которые экономика Украины, скорее всего, не потянет", - пояснил представитель Народной милиции".

На Донбассе в условиях перемирия, которое, несмотря на все обещания украинского военно-политического руководства, систематически нарушается боевиками ВСУ, армия ДНР проводит комплексные учения для повышения навыков в военном деле и сохранения максимальной боевой готовности. Военнослужащие ДНР отлично понимают, что украинская армия может в любой момент перейти в массированное наступление.Кадры ночной фазы крупномасштабных учений вооруженных сил Донецкой народной республики впечатляют.

О том, что происходит на линии фронта и почему сейчас как никогда важно всем армейским командирам сплотиться и отбросить личные амбиции, рассказал командир с позывным "Крест" Его мнение однозначно: новый, еще более жесткий виток войны неминуем, и Украина попытается взять реванш за все свои поражения и захлебнувшиеся атаки.

- Почему ты решил стать на сторону Донбасса?

- Потому что я русский. И воспитывался, и рос я в Советском Союзе. Когда начались события на майдане, я еще не понимал, чем это закончится, но в каком направлении развиваются события, стало ясно довольно быстро. Чувствовал, что война неизбежно начнется, что эти майданные сотни придут на Донбасс, чтобы отомстить. Уехал из Германии, где жил. У меня была строительная фирма, продал ее. У меня постоянно спрашивают, что побудило тебя все бросить и приехать на Донбасс? Ответ только один – воспитание. Меня воспитывали так: если бьют русских, то спеши на помощь. Я так и живу. Множество событий в Донбассе образовали страшную картину: гибель детей, женщин, стариков, плач оставшихся без крова людей. Как оставить их без помощи и защиты? Когда я видел репортажи французского, итальянского телевидения о наемниках, которые радостно улыбались и хвалились, что наконец-то они могут безнаказанно убивать русских, что чуть ли не с детства мечтали убивать русских, не мог на это равнодушно реагировать. И я приехал сюда защищать людей от паразитов.

- Им нравится убивать? Чем это объяснить – патологией или идеологией?

- Многие приехали за деньги, некоторые – поохотиться, есть среди них и фанатики, и индивидуумы с больной психикой. А кто-то приехал в надежде пограбить или выгодно отсидеться подальше от зоны боев.

- Ты приехал в 2014 году? И куда попал служить?

- В "Восток", к Ходаковскому, с первых дней. Сражался за Донецкий аэропорт, был в Спартаке, воевал по всей северо-западной линии фронта – Пески, Жабуньки, Ясиноватая.

- А скажи, почему в аэропорту позволяли проводить ротации солдат ВСУ?

- Я тоже участвовал в проведении этих ротаций, и тоже задавал вопрос:"Зачем?" Там были и русские корреспонденты, и они задавали этот вопрос. И мне, и им ответ был один: так надо. Могу сказать одно: через три часа после одной из ротаций вновь прибывших украинцев уже эвакуировали санитарными машинами. Однажды ВСУ даже нас просили вывезти их тяжелораненого полковника, которого я видел несколько часов назад. Утром, когда он ехал командовать своими "киборгами", он был бодрый, веселый и нагловатый. Этим же вечером ситуация изменилась. Бывает и так.

- А они проявляли к вам подобное благородство?

- Нет. Но мы же не дикари. И если они нас просили не стрелять или просили о помощи, мы всегда помогали.

- А киборги аэропорта, какие они?

- Они такие же люди, из крови и плоти, как и мы. А по духу… Да нигде я их не встречал, ни в одном наступлении. Сидели они, постреливали из укрытий. Лично я их не встречал. Как-то объявились на моих позициях, но стояли не в первой линии. Мы подавили их за 10 минут. Вот вам и боевой дух – прятаться за чужими спинами. Приведу пример. После ротаций, обычно через полчаса – час, украинцы начинали обстрел – показать, какие они смелые, как хотят воевать. А когда завозили киборгов, те сидели тихо и почти не стреляли. Им не нравилось, когда их позиции подавлялись.

- А почему украинцы не спешили забирать из руин аэропорта своих павших?

- А кто их знает, значит, не нужны были. Вот такое у них отношение к людям.

- Скажи, почему армейцы ДНР так долго не могли взять аэропорт Донецка?

- Не знаю, кому нужно было это долгоиграющее шоу. Со временем узнаем. Полтора года шли бои, сколько еще будут продолжаться? И все это время гибли люди. Зачем?

- А как ты оцениваешь сегодняшнюю ситуацию? Это что сейчас у нас происходит – провоцирующие обстрелы, выявление огневых точек, артподготовка перед наступлением?

- Все вместе – и провоцирующий, и рассеянный, и бестолковый огонь, и выявление огневых точек. План украинских военных, скорее всего, заключается в том, чтобы спровоцировать нас на какое-либо движение.

- Получается, что Минские договоренности окончательно сорваны и не соблюдаются?

- Я уже полтора года нахожусь на фронте от Спартака до Авдеевки, и никогда договоренности не соблюдались, бои шли каждый день. Идут они и сейчас. Конечно, не всегда применялась артиллерия и танки, но стрелковое оружие, гранатометы – каждый день.

- А наши противники вообще хотят воевать?

- Я думаю, что они собираются воевать, потому что серьезно окапываются, подтягивают немеренное количество техники, орудий, личного состава. В противном случае обстановка была бы более спокойная.

- Очевидцы рассказывают, что иногда украинцы как-то странно воюют. Идет БТР, за ним гонят 10 – 15 человек пехоты. Когда их отобьют, вновь та же история – БТР и небольшая группа пехоты. Словно их посылают на убой. Что это такое?

- Значит, было подготовлено несколько групп. Первая не выполнила задание – идет вторая и так далее. Я тоже четыре раза ходил в атаку, пока задание не было выполнено.

- Есть опасения, что украинское командование намеревается провести здесь операцию, подобную хорватской в Сербской Краине. Выждать момент, позволить расслабиться, а потом с нескольких направлений провести молниеносное наступление.

- Может, у них и есть такой план, но и мы не сидим на месте, не ждем у моря погоды. Мы тоже хорошо укрепились, и разведка наша работает хорошо. Так что не так-то легко будет захватить нас врасплох и разбить, а уж тем более – отрезать от границы.

– Как ты считаешь, время играет на них или на нас? Кому выгодно оттягивание открытого наступления?

- Кто его знает. Пока существует неопределенность и у нас, и у них, затягивание наступления выгодно обеим сторонам.

- То есть ты считаешь, что полномасштабного наступления в скором времени не будет?

- Судя по тому, как развиваются события по линии фронта, наступление вполне вероятно, его следует ожидать.

- Каждый день на аэродромы Краматорска и Мариуполя идут несколько груженых транспортных самолетов. Если украинцы подтягивают сюда ГСМ, снаряды, орудия, это отнюдь не свидетельство миролюбия и готовности к компромиссам.

- Согласен. Если вкладываются большие деньги в боеприпасы, вооружение, в жизнеобеспечение армии – питание, медицинское обслуживание и т.д. – это определенно говорит об агрессивных намерениях украинского командования. Мы тоже постоянно находимся в боевой готовности. Но я как полевой командир владею обстановкой на своем участке линии фронта, и у меня нет информации о каких-то спецоперациях и планах командования – ни своего, ни украинского.

- Но мирному населению, полагаю, не следует расслабляться?

- Конечно. Я советую быть бдительными, внимательными и осторожными всем жителям города, а не только окраин. А особенно советую определиться со своим гражданским и патриотическим статусом молодым людям гламурной и нетрадиционной внешности. Они так спокойно и уверенно чувствуют себя в кафе, барах и клубах, так искренне считают нас, армейцев, отбросами общества. Сейчас мы встречаемся с ними, только когда бываем в увольнении, а это бывает нечасто. Но очень скоро, надеюсь, им всерьез придется доказывать свой патриотизм. Думаю, что молодые и здоровые парни, которые боятся или по каким-то иным причинам не могут воевать, должны выполнять свой гражданский долг на трудовом фронте – стирать, убирать, чистить, строить, готовить, помогать старикам и инвалидам.

- Бойцам с передовой отвратительны странные процессы, происходящие в Донецке: работающие ночные клубы, вернувшиеся из Украины вороватые чиновники и новая цепкая поросль патриотичных бюрократов. Нет мобилизации, нет экономики военного типа, даже закона о статусе участников боевых действий нет. Весь этот диссонанс выводит из себя?

- Конечно, надо бы уже давно проводить мобилизацию. И это не только меня трогает и волнует. Мы по полгода проводим в окопах, в грязи. Рядом с тобой погибают товарищи. Вот только что пил с ним чай, а через час его уже нет. И когда приезжаешь в город и видишь работающие кафе, клубы, дискотеки, заполненные машинами улицы, видишь странных мальчиков призывного возраста… Тяжело, очень тяжело.

У меня за полтора года – десять бойцов "двухсотых". Почти вся моя рота, а это 72 человека, – и все были ранены. И практически все вновь встали в строй. Потери в бою – вот, что самое тяжелое для любого командира. Любые обстрелы – тоннами, шквалами – ничего не значат, если нет раненых и погибших. В роте у нас все – боевые, надежные товарищи. Всех – и живых, и погибших – я наградил. Никто не забыт.

А сейчас я хочу сказать вот о чем. Нужно, чтобы сплотились те подразделения, между которыми сейчас есть отчуждение, и начать должны командиры. Нужно, чтобы и они, и солдаты ответили на вопрос, хотя бы самим себе: зачем они здесь? Получать деньги? Или мы встали и воюем за свободу русского народа? Пора перестать поливать друг друга грязью, кичиться своей крутизной и амбициями и надо начать думать о народе.

Народ до сих пор бедствует и голодает, дети плохо одеты. Но этого по телевизору не покажут. Где восстановление разрушенных домов? Почему людей из разрушенных зданий не поселят в пансионаты, теплые и светлые? Чем занимаются известные всей республике крикуны? Кричат только за себя.

Пусть они покажут солдатам хотя бы немного справедливости, за которую мы боремся. Нечего показать. Ничего не сделали. Разве что открыли разные дискотеки-рестораны. Но это для себя. А для народа? Все эти вопросы встали ребром, и просто отмахнуться от них не получится, так как жить надо по совести.

- Что случилось на ясиноватской развилке и в авдеевской промзоне? Есть несколько версий событий. Первая: вас отодвинули и заменили необстрелянными людьми, которые не знали обстановки на месте. Вторая: сейчас зачищают промзону, чтобы отодвинуть карателей от многострадальной Авдеевки. Какая из этих версий правильная?

- Моя рота за полтора года ни разу не уходила на ротацию, даже когда были раненые и "двухсотые" – нас некем было заменить, чтобы мы могли похоронить своих бойцов. Мы солдаты и должны выполнять приказ. Приказали уйти – мы ушли. Понадобилась помощь – мы пришли и помогли. Я не привык скулить и жаловаться.

- Так какая там сейчас ситуация?

- Балансирующая. Я скажу так: если бы сейчас там все заснули, даже наши первыми, через два дня трасса опять бы работала. Ну, зашли украинцы, заняли четыре здания и сидят там, а настоящее наступление сорвалось и захлебнулось.

- Но почему они занимают так называемую нейтральную зону? Почему им это позволяют?

- Вполне возможно, что этим они провоцируют нас на наступление. Когда моя рота ушла, они заняли несколько зданий и этим спровоцировали ответные действия.

- Но аналогичной была и ситуация под Широкино. Столько донецких ополченцев там жизнь свою положили, а в итоге получили приказ покинуть село и туда зашли ВСУ. В чем смысл такой операции?

- Не знаю, я там не был.

- И все же?

- Сложно судить, если мое подразделение не воевало на том направлении. Может, кто-то отдал нечеткий приказ, может, кто-то ослушался и не выполнил приказ точно, может, какое-то подразделение оторвалось от своих и потерялось. А когда уходишь вперед и нет надежной связи, происходит много непредвиденного и неожиданного. Не то время, видимо, выбрали, не тот час. И плохая подготовка.

- Ты считаешь, что и до сих пор плохая подготовка и отсутствие слаженности действий приводят к таким последствиям?

- Нет, многие подразделения уже хорошо подготовлены, и опыт у многих есть. Но прежде, чем работать с солдатами, нужно поработать с командирами, обучить их. Часто солдаты не виноваты, многое зависит от командира. Если я с утра до вечера с ними занимаюсь – прыгаю, бегаю, провожу занятия по чистке оружия (грязный автомат не выстрелит), сборка-разборка, штурмы, – солдаты будут подготовлены к бою. Тогда с них и спрос соответствующий. Занятия должны идти всегда: прошел бой или не прошел, с ротацией ты или нет, – шесть часов – подъем, и начались подготовка и занятия.

- А как ты считаешь, появление должностей замполитов, политруков, – это правильное решение?

- Замполиты должны быть, но они должны дружить с головой, а не только зачитывать солдатам то, что скачали из Интернета. И они должны любить людей и уметь работать с бойцами. Сейчас многие солдаты имеют компьютеры и в свободное время пользуются Интернетом. Вот и подумайте, каким должен быть замполит и насколько тяжело соответствовать всем требованиям, которые предъявляют время и обстановка.

- Приходилось брать в плен украинских солдат?

- Да, но мне некогда было с ними особо общаться. Некоторые рассказывали о своих раненых товарищах, которых не вынесли из боя, и они истекли кровью. Некоторые плакали, мол, они не хотели воевать, но их заставили. Некоторые предлагали деньги, чтобы их отпустили. А иные даже хотели перейти на нашу сторону.

- Они были искренними?

- Не знаю. Это очень сложно и страшно – оказаться в плену. Никто не хотел бы попасть в плен и оказаться перед сложным выбором.

- А радиоперехваты противника вы слушали? Насколько они информативны?

- Конечно, слушали. Но в них обычно примитивная и безграмотная информация и ругань. А то, что они сообщали, мы и так знали.

- Существует мнение, что некоторая часть солдат, кто раньше не служил в ополчении, не сможет вести боевые действия, так как они совершенно не мотивированы, пришли в армию за зарплатой и потому не выдержат реального боя. Ты согласен с такой оценкой?

- Здесь нужно смотреть, как работают военкоматы, кого они набирают, как работают с личным составом. Почему мы должны думать и гадать за молодых и здоровых мужиков, которые добровольно пришли в армию: побегут – не побегут? Контрактники в российской армии не бегут. Почему наши военкомы гонятся за количеством? Я, например, не возьму в свою роту кого попало, чтобы завтра они заболели, подали рапорта, соскучились по семье и ушли. А с кем тогда воевать? Я возьму не 150, а 70 человек, но мы вместе будем воевать, а не отсиживаться в тылу.

Военкомы должны собирать информацию о прежнем месте службы контрактника. Связь сейчас налажена, все отряды и телефоны их командиров известны – позвони и узнай. Порядок в армии нужно начинать наводить с военкоматов.

- А как ты набирал своих бойцов?

- Через бои. И смотрел на человека в деле, оценивал его характер. Моя рота всегда находилась в горячих точках. И поэтому, чтобы солдаты чувствовали себя уверенно, я обязательно раз в месяц менял людей, находящихся на позиции, по часовой стрелке. Например, после боя или когда позиции некоторых подразделений были обстреляны минометами, многие писали рапорта: мы боимся, это нас не устраивает – и уходили. Оставались самые стойкие. Если бы подразделения были закреплены на определенной территории, одни постоянно находились бы на "передке", а другие – в более спокойных местах. У меня своя тактика – все побывали в боях, и на тех, кто остался, я мог полностью положиться.

- То есть, успех боя во многом зависит от полевого командира, который владеет ситуацией и распоряжается ею, от его знаний и умения работать с людьми?

- Именно так. Если у командира высокий и моральный, и профессиональный авторитет, то и подразделение будет боевым и подготовленным. Это прописные истины. Нужно уметь оценивать обстановку правильно. Взять, к примеру, ситуацию, когда мы снимали укроповский флаг в промзоне, в одном из захваченных ими домов. Мы оторвались от основных сил метров на 700, находились в полном замесе. И вот там я повесил флаг "Востока" и снял украинский. Мне по рации раз десять говорили: надо отступать, ты в полуокружении. Но я реально оценивал обстановку, видел, что владею ситуацией. Если бы моему подразделению грозила опасность, я бы отошел. Но я видел, что мы стоим крепко. Так зачем бегать туда-сюда? Отойдешь, а потом снова придется занимать эту территорию. А это столько смертей может быть! Я человек здравомыслящий.

- Недавно прозвучала информация, что наши позиции под Ясиноватой были обстреляны огнеметами. С чем это связано?

- Не знаю, при мне такого не было. Но мы часто усовершенствуем стандартное оружие и боеприпасы к нему. Иногда получаются чудные фейерверки, кто не в курсе, думает, что у нас новое вооружение. А это просто пошутили русские умельцы. Украинцы часто устраивают массированные обстрелы, но летают в основном 82-е, 120-е мины, "шмели", птуры, спг. Но могли и применить что-то новое, сам не видел, поэтому оценку не дам. По нашим позициям прилетали снаряды советского или украинского производства.

- Работают ли против ваших позиций снайперы?

- Против своих позиций мы снайперов не видели: слишком горячо у нас – они выбирают более безопасные места. А если мне докладывали о появлении снайперов, то выжигалась вся "зеленка". Они об этом знают.

- Известно, что украинцы научились возводить серьезные инженерно-фортификационные сооружения и некоторые из них можно взять только при поддержке авиации. То есть, ситуация патовая?

- Наверное, думали, что долго будут стоять на этих позициях, вот и закопались в землю.

Да, понастроили много, но не всегда это помогает побеждать. Да, там можно прятаться, сидя под землей на глубине 5-10-15 метров, а еще там можно легко попасть в окружение и погибнуть. Теряется мобильность, и ты уже не владеешь ситуацией. В Дебальцево они тоже понастроили укреплений, серьезных, бетонированных. И много они помогли? Никак.

- Есть мнение, что наиболее уязвимым сейчас является южное направление фронта ДНР. Твое мнение?

- Какие люди так считают? Я воюю на Донбассе два года – и не знаю особенностей укрепления тех районов, где не был сам. А люди знают и считают. Им что, открыты все военные тайны? Ну, пусть считают.

- Как ты оцениваешь ситуацию в Горловке? Там почти каждую неделю 2 – 3 убитых и 5 – 6 раненых. Сколько еще будет продолжаться бессмысленная гибель и мирных граждан, и армейцев?

- Это результат провокаций с украинской стороны: вынудить нас к ответному обстрелу и засечь наши позиции. Такое поведение трудно предугадать и предотвратить. Очень часто обстрелы начинаются после посещения ОБСЕ. Вот это настоящие провокаторы. Был эпизод, когда они приехали контролировать нас в Ясиноватую – и дали украинцам время провести ротацию.

- И главный вопрос: чем это все закончится и когда?

- Не знаю. Но то, что мы легко и давно могли бы отогнать украинскую армию от Донецка, – знаю. То, что мы все равно победим – знаю. И я верю в русский народ, в русскую силу.

"ДОНЕЦК И ЛУГАНСК ДОЛЖНЫ ДВИГАТЬСЯ К ТОТАЛЬНОМУ ОБЪЕДИНЕНИЮ" - убежден общественно-политический деятель, экс-председатель Народного Совета ДНР Андрей Пургин.

Среди лидеров Донецкой народной республики Андрей Пургин стоит особняком. То, за что Донбасс поднялся во время "Русской весны", он отстаивал еще с 2005 года. Не удивительно, что в высших эшелонах власти ДНР именно Пургин вызывал у людей доверие, а его отставка в сентябре прошлого года заставила жителей Донецка выйти на стихийный митинг. Корреспондент "Свободной прессы" узнал, чем сейчас занимается экс-председатель Народного Совета и что думает о происходящем в республике.

- Андрей Евгеньевич, на днях в ЛНР была сорвана конференция с вашим участием, причём сорвана вооружённым путём, с блокированием вашей машины на трассе сотрудниками МГБ, которые впоследствии вызвали подкрепление в виде взвода автоматчиков. Можете рассказать, что произошло?

- Это обычная ситуация для нашей сегодняшней жизни. В этот день в Луганске решались определенные внутренние вопросы. И, видимо, кто-то "перебдел". Сотрудники МГБ блокировали наш въезд в город. Мы простояли больше двух часов, затем нас сопроводили под конвоем до границы ДНР/ЛНР. И уже на въезде в Дебальцево мы дождались делегацию из Ростова и Луганска и перенесли мероприятие в Дебальцево. Хотя в том формате, в котором мы планировали его провести, оно уже, к сожалению, не состоялось. Изначально готовилось несколько докладов по теме встречи. То есть, нас просто не пустили в Луганск и не дали провести запланированное мероприятие. Это была закрытая конференция под названием "Историко-географическое обоснование единства Юга России" - специфическое и довольно скучное событие, интересное для узкого круга специалистов. С моей точки зрения, это говорит о двух вещах. Во-первых, у нас слишком много силовых органов, они имеют слишком большие полномочия и получают слишком большие деньги. Во-вторых, МГБ деградирует как структура.

Нас блокировал взвод автоматчиков, обвешанный всей "оружейкой", какая у них только была. Я рад за этих молодых ребят: им удалось из душных казарм выехать на природу, почувствовать себя нужными. Но это говорит о том, что людям нечего делать. Они ведь блокировали профессоров, писателей, философов, многие из которых уже в возрасте. Это даже смешно, когда возле наших машин окапываются два крупнокалиберных пулемета, причем друг напротив друга. В кого они стрелять собирались, я не знаю. Видимо, луганское МГБ восприняло наш приезд как возможность провести учения. Что ж, бывает и такое. Наша профессура столкнулась с реалиями жизни, это тоже полезно.

Мероприятие состоялось в Дебальцево, но это была уже не конференция. Наведение мостов с Ростовом и Луганском продолжилось в неформальной обстановке.

- После отставки вы заявляли о планах создания сетевой Донецкой Республики…

- На самом деле, "Донецкая республика" образца 2005 года, как сетевая структура, существует и сейчас. Она развивается, мы проводим мероприятия не публичного характера. Наша задача состоит не в том, чтобы влиять на ситуацию при помощи непрямых методов. Мы ищем иные пути воздействия.

- Вы недавно упоминали, что в ДНР присутствует украинская агентура. Насколько велико влияние этих людей? Пытаются ли с ними бороться?

- Я бы расширил этот вопрос. Дело даже не в украинской агентуре, а в том, что за годы независимости у нас образовался целый пласт людей, которые побывали во всех западных грантоведческих структурах. У нас огромное количество чиновников получали западные гранты (на Украине это было разрешено). Это люди вчерашнего дня, которые не должны находиться при власти. Но они более организованы. Это позволило им постепенно вытеснить так называемый революционный элемент. Их нельзя назвать прямыми агентами, хотя таковыми они являются по своим идеологическим воззрениям: они чтят Украину, только под другими флагами. Украина - это не только полунацистское государство с человеконенавистнической идеологией, но и определенная система, которую выстраивают у нас агенты влияния.

Не буду называть фамилии, это не столь важно. Скажу о другом: меня поражает, что несколько бывших чиновников "Партии регионов" за 2013 год провели порядка 40 крупных мероприятий по внедрению евроинтеграции в Донбассе, топтали все пророссийские организации и даже позволяли себе русофобские высказывания. И сегодня они достаточно известные публичные лица в Республике и не только, которые учат нас патриотизму. Это маразм.

- Что вы думаете о "Комитете спасения Украины"? Есть ли у него будущее?

- Думаю, что нет. Его влияние будет носить скорее экономический характер (то есть, отстаивание и лоббирование каких-то экономических интересов). Но каким образом "Комитет спасения Украины" может влиять на политику? Не вижу вариантов. Кроме того, эта структура из разряда тех, которые убивают все идеологическое. "Партия регионов" имела четкую антиидеологическую направленность. Идейные люди оттуда вытравливались, что и привело в итоге к катастрофе. Сегодня нас ожидает то же самое. С большим трудом нам удалось в этом году отметить годовщину Донецко-Криворожской Республики, празднование Дня русского единства в 2015 году вообще отменили. Тем не менее, в начале марта с пафосом отмечали день рождения Шевченко. Такие профанации совершаются не злонамеренно. Просто люди так делали десять лет и продолжают делать теперь. Это "Партия регионов" чистой воды, а местами сегодняшние чиновники её даже переплюнули. Думаю, некоторые "регионалы" сейчас с завистью смотрят на то, что у нас происходит.

- Камнем преткновения в вопросе выборов в ДНР стало участие украинских партий и кандидатов. Киев настаивает, что они должны принимать участие, а глава республики от этой перспективы наотрез отказывается. По-вашему, возможно ли, что украинская сторона будет представлена на выборах?

- Я очень надеюсь, что этого не произойдет. Местные выборы во всем мире считаются не политическими, они имеют особый формат. В этом вопросе и мы, и Россия, и, частично, Европа являемся относительными союзниками. А в политизации наших местных выборов заинтересована только украинская сторона.

Другое дело, какой смысл мы в эти выборы вкладываем. Европа, к примеру, будет пытаться "впихнуть" нас в общее юридическое поле Украины. Вкладывание смыслов после выборов у всех будет разное, если они, конечно, состоятся.

- В конце 2014 года вы уже давали интервью "Свободной прессе" и говорили, что не видите перспектив мирного разрешения конфликта.

- И сейчас не вижу. Ситуация зашла в тупик. Гражданский конфликт невозможно решить абсолютно мирным путем. Кроме того, наш враг целенаправленно строит антироссийское государство и не собирается сворачивать с этой стези. На территории Украины почти открыто проводится сегрегация населения. Как с ними можно договориться, я не знаю.

Конфликт может затухать, но его причины (очень мощные и глубинные) не позволяют сесть и обо всем договориться. Это не отменяет Минский формат, но я смотрю на него как на площадку для выстраивания дипломатических отношений. Проблема в том, что эту площадку у нас превратили в фетиш, хотя Минский процесс - это совсем небольшая часть политического процесса в целом.

- Как думаете, к чему придет комиссия по "делу Ходаковского"?

- Это позор. Я понимаю, у нас здесь "пиратское королевство", но давайте рассмотрим вопрос с точки зрения закона. Какой юридический статус имеет данная комиссия? Группа депутатов, которая что-то расследует, кого-то выслушивает и т. д. Пока что это политический процесс, его широко освещают в республиканских СМИ, но к правосудию он никакого отношения не имеет.

Хочу напомнить, что летом 2014 года сложилась ситуация, когда нам нужно было отстоять республику. И многие решения носили вынужденный военный характер. Мы же не говорим, что Жукова после Великой отечественной войны или Шарля де Голля после вывода французских войск из Алжира нужно было привлечь к ответственности за действия диктаторского характера? Но нужно отдельно разбираться с действиями, которые привели к личному обогащению. Если такие факты будут всплывать, то, думаю, сам Ходаковский будет заинтересован в том, чтобы помочь следствию.

Я подписал огромное количество бумаг, которые, с точки зрения сегодняшнего дня, носят спорный характер. Например, для ремонта техники и выпуска минометов, нами был изъят завод Гормаш, принадлежащий Ринату Ахметову. Давайте меня посадим за это.

Таковы реалии военного времени: нужно быстро принимать решение. И вы никогда не узнаете, правильным оно было или нет. Давайте пофантазируем, что бы было, если бы Стрелков не вышел из Славянска? Украина уничтожила бы всех находившихся там бойцов? Может быть. А может и нет. В этом мы уже не разберемся.

Предъявляют ли Ходаковскому обвинения в личном обогащении? Насколько я знаю, нет. Бойцов "Востока" обвиняют в том, что они заняли какое-то общежитие и вынесли оттуда ковры. Давайте покажем людей, которые отвезли награбленное к себе на дачу. Но если ковры привезли на блокпосты или в блиндажи, то это другой разговор…

- Новостные ленты сегодня пестрят сообщениями о скором наступлении ВСУ…

- Я внимательно за этим слежу. Есть большая вероятность того, что огромное количество территориальных батальонов, которые Украина просто переименовала в части ВСУ, ввяжутся в крупномасштабные боевые действия. У них плохая боевая подготовка, они безграмотны и неадекватно воспринимают действительность. Все это может толкнуть их на обострение ситуации, чего не станут делать кадровые офицеры.

Сегодня тербаты по всем фронтам заняли нейтральные зоны, в некоторых местах сократили до 100 метров расстояние до наших позиций, что приводит к вялотекущим боям. Мы уже ведем полувоенные действия. Ситуация не веселая.

Но сегодня Украина не может позволить себе те бомбардировки, которые применялись раньше. Использование тяжелой техники - дорогое удовольствие.

- Расскажите, какие цели преследует общественное объединение "Юг России"? Какова его концепция?

- Наша стратегическая цель - это соединение Русского мира и евразийского пространства, как духовного и светского элементов. Это, на самом деле, и есть цель русской цивилизации. Но сейчас она находится за горизонтом планирования. Её необходимо разбить на определенные этапы. "Юг России" - это и есть один из этапов.

Если до цели десть ступенек, то мы стали на первую. Используя региональный патриотизм, мы сумели себя защитить. На следующей ступеньке к нам должно прийти осознание единства с соседями. "Юг России" - это возможность договориться для всех живущих в большой степной зоне от Дуная до Волги, понять друг друга и найти какие-то общие ценности, связи.

Сегодня мы сталкиваемся с многовекторностью в идейной сфере. Вы можете слышать разные концепции: Донецкая Народная Республика - как отдельное государство, Донецкая и Луганская Народные Республики - как единое целое, но отдельное от России, ДНР и ЛНР - как часть России и т. д. Насчитывается до 16 векторов (5−6 основных и несколько более экзотических). С такой какофонией далеко не уйдешь.

Поэтому мы и пытаемся найти короткие тактические построения, которые позволят нам двигаться вперед. Привлекаем к работе людей, для которых идеология является профессиональной сферой деятельности, а также группы региональных патриотов - носителей восприятия малой Родины, как части большого Русского мира. Они должны получить промежуточный вектор в виде единства Юга России и определенный словарь терминов. Ведь проблема состоит еще и в том, что многие люди, формирующие системный дискурс в своих регионах, разговаривают с соседями об одних и тех же вещах, но называют их разными словами. Получается, что мы не достигаем результата по чисто техническим причинам.

"Юг России" объединяет людей, готовых нести ответственность за свою территорию, но не являющихся политическими фигурами. Напрямую они не заинтересованы в получении власти. Я считаю, что оппозиция - это тоже, по большому счету, власть. Она имеет свои интересы, поэтому ценности у неё находятся на бытовом уровне. Подлинные ценности исповедуют люди, не имеющие отношения к власти. Хорошая власть дышит в затылок своему народу, поспевает за ним. Это одна из причин классической нелюбви народа к власти, как таковой.

Наша задача - создать платформу для взаимодействия лидеров мнений, заставить их вести диалог и порождать те смыслы, которые будут понятны людям. Этим и занимается "Юг России". Прямых политических целей мы не преследуем.

- Многочисленные споры ведутся по поводу состояния экономики ДНР. Есть ли она вообще, эта экономика? Или Донбасс сегодня выживает исключительно благодаря России?

- У нас многие кричат, что "всё пропало". Хотел бы обратить внимание этих людей на то, что сегодня весь мир переживает катастрофу. Идет смена эпох. Ситуацию в Донбассе нельзя рассматривать в отрыве от международной конъюнктуры. Иначе создается впечатление, будто везде хорошо, и только в Донбассе плохо.

Безусловно, причины плачевного положения экономики нужно искать в конкретных фамилиях. Насколько я знаю, уже создается комитет для борьбы с коррупцией, которая у нас достигла чудовищных размеров. Это правильно. Нужно думать не о том, как у нас все плохо, а о том, как сделать лучше. С моей точки зрения, одна из главных задач - это объединение Донецка и Луганска. Нужно также работать с элитами Воронежа, Ростова и других ближайших соседей. Вести диалог нужно не только с центральной российской властью, но и с приграничными субъектами федерации. Тем более, для этого уже существует наработанная база.

Есть определенные направления, в которых должно работать общественное мнение. Общество должно постоянно спрашивать у власти: что делает таможня между Донецком и Луганском? Что происходит на практически закрытой сегодня границе с РФ? Ответ на это тоже никто не дает. Что мы там проверяем? Мы не доверяем российским таможенникам и пограничникам? Съездите в Дебальцево, и вы увидите полноценную таможню, которая возникла между Донецком и Луганском. Не за это люди воевали. Для меня это очень важные вопросы. Их нужно активно включать в повестку дня.

- Если бы сегодня вам предложили какую-то государственную должность, как бы вы отреагировали?

- Я никогда не видел Донецкую народную республику неким автономным государством, отдельным от России и всего Русского мира. И сегодня попытки создать некую "донецкую национальность" переходят рамки разумного. Поэтому задам ответный вопрос: государственную должность где? Нам нужно ломать границы, а не строить. Донецк и Луганск сегодня должны двигаться к тотальному объединению. Народ поднялся не за построение отдельных республик. Я имею право об этом говорить, поскольку активно занимался отстаиванием донецкой субэтнической общности последние 10 лет. И я, как никто другой, знаю ей ценность. Но нужно понимать, что строительство донецкой государственности в XXI веке просто невозможно. Это попытки повернуть колесо истории вспять. То же самое делает сегодня Украина, возрождая нацизм, которым мир и Европа переболели давно. Вот почему украинский национализм для всех смешон. Это вчерашний день!

Алексей Ильяшевич, Андрюха Червонец, Виолетта Крымская.

" >
Социальные комментарии Cackle