Актуально


Помочь сайту

Новости партнеров

Демотиваторы

230
" >

"Интернационал" - формула цветной революции?

Уроки истории – это то, что даётся всегда тяжело. В сущности "урок истории" - это обыкновенная закономерность, которая вдруг стала предметом некоторого открытия. Особенности уроков истории состоит в том, что необходимая статистика для их познания, как правило, очень скудна. Много ли должно произойти революций, чтобы понять основные закономерности этого социального явления? Или, сколько должно произойти мировых войн, чтобы человечество обрело понимание того, какие именно факторы инициируют эти разрушительные процессы и управляют ими? Но, в то же время, ценность познания этих закономерностей понятна и сомнений не вызывает, и поэтому они во все эпохи вызывают жгучий интерес и политическую полемику.

Низкий уровень статистики иногда компенсируется в науке чутьем и наблюдательностью.

В качестве иллюстрации; однажды мне довелось побывать на современной постановке одной из трагедий Аристофана – "Птицы". До конца пьесы я был уверен, что фабула спектакля сильно осовременена по сравнению с её античным образцом. Для интереса – решил познакомиться с подлинником, и с огромным удивлением обнаружил для себя, что это – не так. Значит, природу фашизма и вообще вождизма Аристофан моментами понимал так же глубоко, как современная социология, которая с того времени обогатилась долгой историей.

В сфере уроков истории существует также проблема описательного характера. Изобрести форму подачи материала – тоже задача не простая. А для уроков истории – просто жизненно важная, поскольку реципиентом этих уроков должно стать не мировоззрение отдельных жрецов от научной академии, а массовое сознание людей в социологии неискушённых. Иначе никакие уроки впрок не пойдут.

Здесь речь пойдёт об одном таком шедевре формы. Это произошло уже во времена Французской революции, когда, сам того не ведая, Эжен Потье из самого первого опыта, сам того не желая (такое по утверждению Артура Шопенгауэра иногда случается с писателями), умудрился изобрести изящную формулу всех цветных революций, которая в веках только обрастает всё новыми и новыми подтверждениями.

Имя этой формулы – "Интернационал", - это всему миру знакомая песня, которая изначально пелась на мотив "Марсельезы", и только позже обрела самое величественное и знакомое нам теперь звучание в аккордах Пьера Дегейтера. В период с 1922 по 1944 гг "Интернационала" был гимном Советского Союза, но потом, очевидно, когда умники стали потихоньку воспринимать стихотворный смысл, очевидно, почувствовав неладное, заволновались, ну и поменяли на нечто более подходящее.

Давайте разбираться по словечкам, указанным и в самом изначальном подлиннике, и – в последних адаптированных и рафинированных версиях. Будем выбирать, - где поточнее и получше.

Вставай, проклятьем заклеймённый,

Весь мир голодных и рабов!

Кипит наш разум возмущённый

И смертный бой вести готов.

В данной строфе сознание акцентируется на осознание индивидом своего низкого социального положения. Как показывают последние исследования, это вовсе не связано с голодом или реальным статусом человека в юридическом смысле. В революционной России образца 2017 г. не особо кто-то голодал. Экономика росла, обгоняя по темпу европейские страны, начали развиваться общественные институты, либерализовалась пресса. Однако информационный удар в социальную самооценку вмиг переводит все внутриличностные комплексы "голодных и рабов" на рельсы противостояния социальных стратов.

Не было бы такого массового возмущения умов - многие будущие революционеры так и продолжали бы ходить на работу да в ближайший кабак, особенно не волнуясь по-поводу своего места в социальной иерархии. Но революцию это не устраивает.

Но особенно её не устраивает способность к рациональному мышлению.

Во все века образование являлось ценностным атрибутом личности, который возникал в приложении времени, усилий и капитала в процесс получения образования. Образование, прививающее хоть какие навыки использования логических приёмов, не было распространённым качеством "голодных и рабов". Однако, революция даже последние возможности холодного рационализма отрицает в качестве механизма оценки происходящего. "Вскипятив" и так не шибко структурированный разум "голодных и рабов" революция превращает их в стадо бабуинов, импульсивность которых приобретает животный характер. Как показали исследования медицинского генетика В.П. Эфроимсона ("Родословная альтруизма") в высших приматах на генетическом уровне заложена программа жертвенности во имя процветания рода. После усиленного и массового "кипячения разума" эти внутриличностные импульсы, закреплённые в индивиде тысячами лет биологической эволюции, быстро подчиняют себе всю духовную сферу личности. Вполне закономерно возникают так необходимые революции террористы-смертники, готовые безрассудно идти на гибель ради надуманных идеалов.

Более подробные исследования механизмов возникновения психики терроризма в непросвещенном сознании произвел позже А .М. Горький в романе "Мать" . В романе можно проследить, как фундаментальные родственные и клановые

связи гуманоидов постепенно смешиваются с надличностными политическими установками, формируя психические установки жертвенности во имя некоторых идеалов, основанных на навязанных постулатах и вере.

Весь мир насилья мы разрушим

До основанья, а затем

Мы наш, мы новый мир построим, -

Кто был ничем, тот станет всем.

Ключевой момент: здесь обозначается вектор общих устремлений и тут же обозначается очень сладкая "конфетка" для подкрепления другой мощной психической социобиологической компоненты. Переживший эпохи кроманьонец той же эволюцией приучен к стратегии устремления к вершине социальной иерархии внутри рода. В эпоху становления расы кроманьонцев обеспечение доступности к общей кормушке обеспечивало повышение вероятности выживания потомства. Понятно, что обещание стремительного социального взлёта действует на "закипевший" ум безотказно, особенно на представителей молодой части населения, психически ориентированной именно на репродуктивные функции.

Что касается призыва к разрушению насилия, тут можно отметить следующее. Дело в том, что исключительное право на насилие в здоровом государстве имеет только само государство и никто иной. История народов тяжело выстрадала это понимание для нашей современности. Разрушение "мира насилия" - неизбежно уничтожает государственность, как надличностный институт, обеспечивающий законность и правопорядок. То есть, не нудный и многотрудный политический процесс предлагается, а полное разрушение государственности во имя того, чтобы получить всё и сразу тем, кто примкнул и причислил себя к классу социальных изгоев. Тут же впервые обозначается истинная подоплёка происходящего, а именно имущественный характер в основах революционных изменений.

Никто не даст нам избавленья:

Ни бог, ни царь и не герой.

Добьёмся мы освобожденья

Своею собственной рукой.

Чтоб свергнуть гнёт рукой умелой,

Отвоевать своё добро, -

Тут мы наблюдаем некие практические рекомендации для "кипящего разума". Государство, как образец виртуальной реальности основывается на идеализированных, как говорят психологи, гештальтах. Общая религия в революциях отметается либо полностью (как в России образца 2017 г.), либо в части конфессии (как сейчас на Украине), либо в части разновидности религии (как в мусульманских странах). Отрицание царя уничтожает самое главное в государстве – властную вертикаль. Герои же, как известно, - это плод истории, культуры, эпоса. То есть - те образцы поведения, которые национальной историей закрепляются обществом в сознании, начиная с самого начала социализации личности в младенческом ещё возрасте. Однако, революция должна сломать все стабилизирующие социальные нормативы. Они мешают необходимому "кипению разума".

Имущественный, а стало быть корыстный характер революционных устремлений просвечивает в призыве отвоевать "своё добро". Здесь нет места никаким экономическим закономерностям, налогам, бюджетным нормативам, арбитражам, сложным экономическим отношениям. Для "кипящего разума" достаточно всего лишь небольшого ярлычка "своё добро", а где оно и сколько его - "кипящий разум" может оценивать по собственному усмотрению. Прочувствовав тезис "своё добро" и вообще возможность лёгкого получения некоторого "добра", индивид в воображении скатывается к весьма примитивным, но не менее сладким психологическим ожиданиям, добавляющим свою лепту в дело внешнего управления его поведением. В современной Украине на неискушённого реципиента характер "добра", например, обозначен в интеграции с Евросоюзом, что на проверку оказывается всё той же примитивной провокацией.

Вздувайте горн и куйте смело,

Пока железо горячо!

Тут Эжен Потье опять гениален. Он хорошо понимает, что массовая революционная шизофрения, как всякая болезнь, может иметь преходящий характер. Для революции необходимо перевести её в хроническую стадию общего недуга. Революция легко может захлебнуться в нерешительности, как это произошло с декабристами или с первой русской революцией 1905 года. "Горячее железо" имеет свойство охлаждаться со временем, если его не начать ковать. "Начав революцию, - надо идти до конца…", - убеждал В.И. Ленин. "Горячее железо" - великолепный поэтический образ, отражающий суть революционного насилия. "Пока железо горячо" нужно сделать что-то такое, чтобы, как можно скорее, пройти точку невозврата. Таким моментом в истории Франции стал эпизод казни Марии-Антуанетты, в России - эпизод расстрела царской семьи. В истории украинской цветной революции – возникновение силовых структур массово умытых кровью. (Конечно, если бы Янукович сбежать не успел, ему бы тоже сладко не показалось, и, как, доказывает история - "без суда и следствия"). Смысл в том, что оправдание совершённых уголовных революционных преступлений "кипящего разума" теперь будет возможно лишь в рамках новой государственности, когда вчерашние уголовники начнут неизбежно, кропотливо и кроваво восстанавливать всё то, что совсем недавно разрушали в революционном порыве.

Лишь мы, работники всемирной

Великой армии труда,

Владеть землёй имеем право,

Но паразиты - никогда!

Оно, конечно, так должно быть в идеале, однако не стоит забывать, что владение землёй после революции достаётся, увы, не тем, у кого "разум кипел", а с точностью до наоборот. В русской истории землёй овладел всего лишь Джугашвили, а в современной истории украинской землёй пытаются овладеть тоже достойные представители "великой армии труда". Хотя, конечно, можно подозревать, что они, как только захапают кто-сколько сможет, то потом разом передадут это всё работникам всемирной….

Довольно королям в угоду

Дурманить нас в чаду войны!

Война тиранам! Мир народу!

Бастуйте, армии сыны!

Когда ж тираны нас заставят

В бою геройски пасть за них -

Убийцы, в вас тогда направим

Мы жерла пушек боевых!

Я тут немного разделил куплет, но на самом деле он не разделим. Отрицание войны как таковой тут же заменяется её пропагандой в интересах новой бюрократической элиты. Только "кипящий разум" не сможет дойти до самой простой логической операции, что перенаправление "жерла пушки боевой" будет происходить уже в интересах этой самой новой властной элиты, у которой разум почему-то не кипит и никогда особо не кипел, как это проповедуется в стихотворной форме.

И если гром великий грянет

Над сворой псов и палачей,

Для нас всё также солнце станет

Сиять огнём своих лучей.

В новой религии погода волшебным образом дифференцируется по признаку свой-чужой. Правда для "кипящего разума" трудновато, бывает разобраться, где - кто. Тогда "кипящий разум" ощущает потребность и реализует её путём неизбежной интеграции новой элиты , которая нужна, чтобы тыкать пальцем, обозначая псов и палачей, и с удовольствием принимает на себя эту функцию. Она скоро снова породит новых богов и героев, а также начнёт ваять такие же памятники, которые недавно разрушала. У памятников будет бычья шея, а рука, протянутая в будущее в революционном порыве, по размеру будет больше головы.

В итоге, проанализировав формулу, мы наблюдаем, что вместо просвещённого политического процесса, включающего, конечно и массовые мирные политические демонстрации, всякая революция выглядит тяжёлым социальным заболеванием. Примечательно, что в современную эпоху революции даже перестали быть немного полезными в аспекте выработки общенационального иммунитета, поскольку сейчас их инициация происходит транснациональными элитами, вообще незаметными для социальных стратов с "кипящими мозгами".

Александр Гринь

" >
Социальные комментарии Cackle