Актуально


Помочь сайту

Новости партнеров

Демотиваторы

208
" >

"Большинство верующих против автокефалии!"

митрополит Иларион о Мезависимости УПЦ и отношениях Москвы с Константинополем

Предоставление Украинской православной церкви Киевского патриархата автокефалии может привести к захвату крупных монастырей и кровопролитию. Об этом в интервью программе Worlds Apart на RT рассказал председатель внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион. По его мнению, обещания украинского лидера Петра Порошенко, что прихожане Московского патриархата смогут свободно исповедовать свою религию на Украине, звучат неубедительно, поскольку в Верховной раде обсуждаются проекты, направленные на маргинализацию УПЦ. Митрополит убеждён, что новая украинская церковь, созданная на основе раскольнических структур, будет насаждать либеральные ценности, что противоречит канонам Вселенского собора.

"Большинство верующих против автокефалии": митрополит Иларион о независимости УПЦ и отношениях Москвы с Константинополем

Митрополит Волоколамский, председатель отдела внешних церковных связей Московского патриархата Иларион © Maxim Shemetov / Reuters

- Несколько дней назад Константинопольский патриархат довольно недвусмысленно заявил о решении предоставить автокефалию "православной церкви на Украине". Говоря об Украинской церкви, мы должны понимать, что это в первую очередь политический проект, ведь именно украинские власти и политики добиваются автокефалии. Что вы можете сказать по поводу столь тесной связи религии и политики?

- Во-первых, я должен пояснить, что такое автокефалия, поскольку не все, возможно, понимают, о чём идёт речь. В соответствии с православной традицией автокефалия означает независимость. В отличие от Римско-католической церкви, Православная состоит из полностью независимых поместных церквей. Они не подчиняются друг другу, единого руководителя у них нет. Единственный глава Церкви - сам Иисус Христос.

- И при этом, насколько я поняла, Константинопольский патриархат считает себя вправе определять, какая церковь должна быть независимой, а какая - нет?

- Именно. Патриарх Константинопольский ведёт себя так, словно он - Папа Римский Православной церкви. Но в православии такого папы никогда не было, и мы не признаём право константинопольского патриарха на действия в одностороннем порядке.

- Позвольте мне всё же вернуться к изначальному вопросу о решении Константинополя предоставить автокефалию Украине - не Украинской церкви, а Украине как государству. Ведь именно это мы сейчас и обсуждаем: в стране нет единой религиозной организации, которая могла бы потребовать для себя независимости, и данный шаг - политическая необходимость для местных элит. Что вы думаете по этому поводу?

- На Украине есть лишь одна каноническая православная церковь - это Украинская православная церковь. Её каноничность признают остальные поместные православные церкви. У неё 12 тыс. приходов, более 200 монастырей и миллионы верующих. Также на Украине есть две неканонические церковные структуры, которые мы называем раскольническими. И данные две структуры должны составить основу, на которой Константинополь хочет построить автокефальную церковь.

Это политический проект, поскольку он инициирован текущим украинским руководством, которое хочет объединить четыре церкви - каноническую Украинскую православную церковь, две группы раскольников, а также Украинскую греко-католическую церковь, которая входит в юрисдикцию Папы Римского.

- Движение за создание на Украине независимой православной церкви зародилось ещё в начале 1990-х годов. В то время люди, поддерживавшие такую идею, не скрывали, что хотят уйти в раскол - как политический, так и религиозный. Сейчас же президент Пётр Порошенко подаёт всё как стремление объединить верующих на Украине. Уверена, вам это не по душе, но не думаете ли вы, что выбранная им тактика весьма неплоха?

- Нам определённо по душе идея единства церкви и определённо не по душе схизмы. Однако примирение между раскольниками и канонической церковью должно осуществляться в рамках процесса, который мы называем покаянием. Речь идёт о каноническом термине, который означает возвращение раскольнической структуры в лоно Церкви через осознание неправоты своей схизмы. А в данном случае на основе этой схизмы хотят создать автокефальную церковь. Но её не признают большинство православных христиан на Украине. И получается, что, с одной стороны, есть провозглашённое желание единства, а с другой - невозможность достичь этого единства такими средствами.

- Самая обычная политика, только в религиозной сфере. Похоже, Константинопольский патриархат всё-таки намерен предоставить православной церкви на Украине автокефалию и для подготовки к этому назначил двух своих епископов экзархами в стране. Что представляет собой этот процесс? Нужно ли церкви соответствовать каким-то условиям, чтобы её признали канонической? А поскольку речь здесь идёт о нескольких религиозных структурах, то не должны ли они сначала объединиться? Или же Константинопольский патриархат сначала предоставит им автокефалию, а потом будет заниматься формированием церкви?

- Чтобы стать автокефальной, церковь должна получить То́мос - специальный документ, провозглашающий и признающий её автокефалию. Каноническая православная церковь на Украине не просила о его предоставлении. Но даже если она получит подобный документ, церковь его не примет. Томос об автокефалии не может быть выдан "по месту требования", он предоставляется конкретному предстоятелю конкретной Церкви. Но в данный момент на Украине такого человека нет. Есть две раскольнические структуры, каждая со своим главой, и их отношения нельзя назвать хорошими. Даже просто объединить эти группы - уже проблема.

- Получается, речь идёт о предоставлении автокефалии самой идее объединённой украинской церкви, а не реально существующей религиозной организации?

- Я не знаю, как Константинопольский патриархат будет решать данный вопрос, поскольку не вижу пока никаких предпосылок для объединения православных структур на Украине во имя этой идеи. Даже наоборот...

- Думаете, они беспокоятся о проблемах объединения? Похоже, в данный момент их вполне устраивает количество прихожан.

- На мой взгляд, раскол очень глубок - и существует он уже более четверти века. Несмотря на то что возможность преодолеть его всегда остаётся, для этого необходим определённый процесс. В конце прошлого года так называемый патриарх Киевский Филарет (Денисенко) даже обратился к Московскому патриархату с просьбой о признании, и некоторые его слова были весьма похожи на покаяние.

Это могло стать отправной точкой для будущего примирения, однако буквально на следующий день Денисенко пришлось отказаться от всего, что он изложил в своём письме Патриарху Московскому и всея Руси. Подозреваю, что власти Украины просто-напросто запретили ему двигаться в этом направлении и настояли, чтобы он сближался с Константинополем.

- Правительство Порошенко позиционирует себя как неолиберальное, что подразумевает соответствующую позицию по однополым бракам, абортам, правовому статусу эмбриона и так далее. Как вы считаете, если появится новая украинская церковь, она поддержит такой курс как доктрину?

- Полагаю, что в случае создания такой церкви на фундаменте раскольнических структур она будет насаждать ценности, сопутствующие либерализации нравов. Константинопольский Патриархат разрешил своим священникам второй брак, что противоречит канонам Вселенских соборов и не будет принято остальными православными церквями. Так что этот патриархат уже демонстрирует модернистские либеральные тенденции. И я не удивлюсь, если они будут присущи и так называемой автокефальной церкви, которую Константинополь планирует создать на Украине.

- Вы назвали покаяние путём к примирению, но между тем сторонники автокефалии церкви на Украине используют в качестве аргумента пастырское попечение. По их словам, в первую очередь нужно позаботиться о прихожанах этих раскольнических религиозных структур, поскольку сейчас в случае смерти их ждёт ад. Но если церковь будет признана православным миром, они смогут вернуть благодать и открыть путь к спасению. Считаете ли вы здравым такой аргумент?

- На самом деле всё не так просто. Зачастую, слыша о данном споре, люди считают, что разговор идёт лишь о переделе территории. Но первостепенное значение имеют именно люди, а не территория. Разумеется, пастырское попечение - одна из основ церкви. Проблема в том, что, с точки зрения Церкви, раскол лишает пастырское попечение законной силы, а все совершаемые раскольниками таинства недействительны, поскольку они лишены божественной благодати. Поэтому мы серьёзно обеспокоены судьбой верующих, принадлежащих к раскольническим группам. Мы предпринимали немало попыток преодолеть этот раскол, но, к сожалению, политики пытаются смешать исключительно церковный вопрос со своими интересами и вмешиваются во внутреннюю жизнь Церкви.

- Даже если православная церковь на Украине получит автокефалию, УПЦ МП всё равно останется крупнейшей религиозной организацией в стране. Как вы отметили, в её ведении находится более 12 тыс. приходов и 200 монастырей. Чего вы опасаетесь? Неужели истинная вера не возьмёт верх?

- Разумеется, возьмёт, но пути к этому торжеству могут быть разными. Например, в 20-30-х годах прошлого века вера восторжествовала через подвиг мучеников. Священников убивали или бросали в тюрьмы. Такая же участь ждала и верующих. Церкви разрушали. То была эпоха мученичества, своими мучениками вера и восторжествовала. Мы опасаемся, что в случае предоставления так называемой автокефалии правительство Украины потребует, чтобы все православные в стране перешли в эту новоиспечённую церковь.

- Президент Порошенко неоднократно ручался, чтоприхожанам Московского патриархата будет разрешено свободно исповедовать свою религию. Также он заверял, что за ними останется вся религиозная собственность. Всё это закреплено в украинской Конституции. Почему вам недостаточно подобных заверений?

- Нам их недостаточно, потому что наряду с заверениями президента Порошенко существуют законопроекты, которые уже обсуждаются в Верховной раде и направлены на дискриминацию и маргинализацию Украинской православной церкви. В соответствии с одним из таких законопроектов (в случае его принятия) Украинская православная церковь должна быть переименована в Русскую православную церковь на Украине…

- Это серьёзная проблема?

- Да, серьёзная, она сродни обязательному ношению жёлтой звезды евреями на территории, подконтрольной властям гитлеровской Германии. Сама по себе жёлтая звезда Давида - это священный для евреев символ.

- При всём уважении, мне кажется, что происходящее на Украине никак не сравнить с ситуацией во времена нацистской оккупации Восточной Европы.

- Пока ещё не сравнить.

- Вы действительно считаете, что всё к этому идёт?

- Я надеюсь, что всё-таки нет. Но если Украинскую православную церковь будут обличать как церковь "страны-агрессора" (так они сейчас говорят), если её лишат законных прав, то можно ожидать чего угодно. Можно ожидать, что раскольники захватят крупные монастыри, такие как Киево-Печерская лавра, Почаевская лавра. Тогда православные верующие, конечно же, выступят на защиту этих святынь - и можно ожидать, что прольётся кровь.

- У президента Порошенко много власти на Украине, однако она всё же ограничена - по меньшей мере его образом, создаваемым в западных СМИ. Может ли это стать сдерживающим фактором для развития упомянутого вами сценария?

- Если бы Порошенко действительно был современным либеральным и светским политиком, он не вмешивался бы в дела Церкви. Я не могу представить, например, чтобы президент Трамп сказал православным в Америке, что их нужно объединить под одной юрисдикцией и что это будет Американская церковь, а Московского патриархата там быть не должно. И так далее.

- Оппоненты сейчас не преминули бы указать на довольно гармоничные отношения между РПЦ и российским государством. В чём разница между тем, как религиозные, политические и государственные вопросы связаны в России и на Украине?

- Разница вот в чём. Если, скажем, президент Путин вдруг решит, что все христиане, проживающие на территории Российской Федерации, должны принадлежать к Русской православной церкви и что, допустим, Римско-католической церкви в России больше не рады и все россияне-католики, если они патриоты, должны перейти в русскую национальную церковь, то это будет откровенным вмешательством во внутреннюю жизнь церквей. Или представим, что президент Путин станет диктовать нам, какого патриарха выбирать или каких епископов назначать. В России подобное вмешательство просто немыслимо.

- История обеих стран - России и Украины - берёт своё начало с Киевской Руси, чьё название мне кажется довольно интересным, поскольку объединяет в себе географическое понятие и понятие идентичности. Для Москвы география всегда была чем-то преходящим и второстепенным, но Киев и Константинополь смотрят на это иначе. Если говорить о Константинополе, то все его притязания на превосходство основаны на одном лишь факте - что православное христианство сформировалось в этом месте. Мне кажется, украинцы используют тот же довод: православные христиане жили в Киеве задолго до основания Москвы, так почему же он тогда должен ей подчиняться? Что вы на это ответили бы?

- Я должен подчеркнуть, что в автокефалии как таковой ничего плохого нет. Русская православная церковь когда-то входила в состав Константинопольского патриархата, но потом обрела независимость.

- Не спрашивая при этом разрешения у Константинополя, не так ли?

- Да, поскольку в то время константинопольский патриарх подписал с Римом унию, что с точки зрения Русской церкви было ересью. Патриарха Константинопольского объявили еретиком, и просить благословения было не у кого. Так что в автокефалии как таковой ничего плохого нет. Проблема в нынешней ситуации с Украиной заключается не в том, что объединённая Украинская православная церковь попросит автокефалии, а в том, что большинство православных верующих в стране против автокефалии, они хотят оставаться вместе с Русской православной церковью. Однако раскольники исключительно из политических соображений требуют автокефалии, посредством которой хотят обрести для себя легитимность.

- И Патриарх Константинопольский Варфоломей, похоже, до какого-то момента был согласен с этими доводами. Что, на ваш взгляд, изменилось?

- Разумеется, это решение не было таким уж внезапным. Кое-что заставляло его воздерживаться от решительных шагов, действий.

- И что это было?

- Всеправославный собор, который предполагалось провести в 2016 году. Собор состоялся, однако он не стал всеправославным, поскольку в нём не приняли участия четыре православные церкви, включая и Русскую.

- И константинопольский патриарх обиделся?

- Очень сильно обиделся. Более того, он даже считал (и об этом говорил мне лично), что Русская православная церковь сговорилась с другими тремя церквями не участвовать в этом соборе. Дело не только в личной обиде. Но отчасти причина и в ней, что было довольно очевидно, когда я встречался с патриархом Варфоломеем, а также когда он встречался с патриархом Кириллом. Было совершенно ясно, что Варфоломей был лично уязвлён и оскорблён и винил Русскую православную церковь в том, что собор на Крите оказался не особо успешным.

- Отношения Москвы и Константинополя никогда не были гладкими. Думаю, для большинства людей со стороны это выглядит как своего рода борьба за власть. С одной стороны - патриарх Кирилл, возглавляющий крупнейшую и богатейшую православную конгрегацию. С другой - патриарх Варфоломей, который окормляет относительно немногочисленную паству в преимущественно мусульманской стране и при этом претендует на экуменическое или, так сказать, вселенское владычество. Как вам кажется, такая борьба действительно существует?

- Нет, мне так не кажется. Но я знаю, что, например, в 20-х годах ХХ века Константинополь поддержал раскол внутри Русской православной церкви. История показывает, что патриарх Константинопольский зачастую подходил к нашим отношениям именно в таком ключе: когда Русская православная церковь оказывалась в сложной ситуации, он, вместо того чтобы помогать ей, предпринимал шаги, которые разрушали единство между церквями. Хотя именно помощи следовало ожидать от того, кто претендует на звание координатора всех православных церквей.

- Недавнее заявление, опубликованное Русской православной церковью в ответ на решение Константинополя, выдержано, я бы сказала, в довольно решительном тоне. Признаёт ли РПЦ вселенский статус Константинополя? И если это так, то зависит ли такое признание от политических решений, принимаемых константинопольским патриархом?

- Мы не признаём никакого первенства юрисдикции. Мы признаём первенство чести, а это значит, что Константинопольский патриарх является первым среди равных в семье православных церквей. Однако у него нет права вторгаться в другую церковь, нет права вмешиваться в дела других церквей.

- РПЦ также обвинила Константинопольский патриархат в попытках подорвать единство православной христианской церкви и заявила, что в случае предоставления автокефалии православной церкви на Украине Московский патриархат прекратит всякое общение с Константинополем. Но разве таким образом вы не разожжёте этот конфликт ещё больше? Ведь вам, вероятно, придётся разорвать отношения с рядом других церквей?

- Прежде всего скажу, что, даже если мы решим прекратить отношения с Константинополем, нам не понадобится разрывать связи, о которых вы упомянули. Есть примеры, когда две церкви не находятся в единстве друг с другом, но другие церкви поддерживают отношения с каждой из них. Скорее всего, именно такой сценарий нас и ожидает. С канонической точки зрения иного выхода у нас просто нет. Мы не сможем смириться с подобными действиями со стороны Константинополя, нам придётся пойти на такие меры, о чём мы уже не раз предупреждали патриарха Варфоломея. Это будет одним из последствий его действий.

Беседовала Оксана Бойко.

" >
Социальные комментарии Cackle