Актуально


Помочь сайту

Новости партнеров

Демотиваторы

394
" >

Операция "Tidal Wave" ("Приливная волна")

И среди англосаксов были люди и герои.

1 августа 1943 года, аэродром в Бенгази, Северная Африка, 6 часов утра. Командующий 9-й воздушной армией США генерал Энт смотрит на выстроившихся на лётном поле экипажи пяти авиаполков – более 2.000 человек, ждущих его напутственного слова.

Генерал набирает воздуха в грудь:

- Парни! Мне нечего добавить к сказанному вчера: вам доверено выполнение важной и ответственной задачи. Каждый второй из вас сегодня не вернётся назад. Но если вы сделаете всё, как надо, десятки тысяч русских парней, останутся в живых. Ударные группы возглавляют командиры полков. Я лечу вместе с вами. По машинам!

Кровь войны

Вторая мировая война была войной моторов. Хотя ни советская, ни немецкая армия не отказывались от конной тяги (в вермахте на июнь 1941 года было более 1 миллиона голов лошадей – не такой уж моторизованной была немецкая армия!), ударной силой были танки, самолёты и в несколько меньшей степени флот. Однако без бензина и солярки вся эта техника - бесполезная груда железа. Разворот германской армии летом 1942 года на Сталинград – это поход за бакинской нефтью. Бои Африканского корпуса Роммеля в Северной Африке – это битва за иранскую нефть (которой так не хватало "Лису пустыни" – в июне 1942 года его танки, обратив в бегство превосходящую по численности британскую армию, остановились всего в 100 километрах от Александрии, потому что у танкистов банально кончилась горючка в баках). Кровью войны называли нефть художественные натуры.

Всю Вторую мировую войну немецкие вооружённые силы ездили, летали и плавали на румынской нефти. Севернее Бухареста, в окрестностях г..Плоешти, на площади в несколько десятков квадратных километров стояли и качали нефть десятки скважин, и более десятка нефтеперегонных заводов перерабатывали нефть в бензин. Нефтеперерабатывающий комплекс в Плоешти являлся вторым в мире по объёмам добычи и переработки нефти, уступая лишь техасскому.

И союзники, и СССР давно мечтали "обескровить" немецкую армию - уничтожить, стереть с лица земли нефтяной комплекс в Плоешти, однако сделать это было не так-то легко: находящиеся в центре Европы Плоешти были вне досягаемости бомбардировочной авиации. Никакой бомбардировщик не мог долететь из Англии до Румынии и вернуться обратно. СССР от Румынии отделяли оккупированные немцами территории.

Однако осенью 1942 года союзники окончательно отбили у немцев в Ливии г. Бенгази, где находились аэродромы, с которых можно было достать до Плоешти.

Боевая задача неимоверной сложности

Командующий ВВС США на Ближнем Востоке генерал Бреретон склонившись над картой, водил по ней пальцем:

- Это будет не просто бомбардировка, это будет удар потрясающей силы, который подорвёт военно-техническую мощь Германии. Предполагается нанести удар силами 5 авиаполков, это 200 бомбардировщиков. Самолёты вылетят из Бенгази, пересекут Средиземное море, пролетят над Грецией, Югославией, Болгарией. Цель атаки – семь групп объектов: нефтеперегонные заводы, нефтехранилища, установки крекингования нефти. В полёте сохранять полное радиомолчание…

Командующий 9-й воздушной армии ВВС США генерал Узал Энт внимательно слушал. Он понимал, какой неимоверной сложности задачу ставит перед ним командующий.

Гитлер прекрасно понимал ценность Плоешти. Не доверяя румынам, охрану комплекса он возложил на генерала Альфреда Герстенберга, имевшего славу гения немецких ПВО. Вместе с генералом из Германии в Румынию прибыли зенитные орудия с расчётами и самолёты с экипажами. К августу 1943 года вокруг Плоешти стояли 16 лёгких зенитных батарей (210 зенитных автоматов) и 36 тяжёлых, имевших на вооружении 164 88-мм зенитных орудия, насквозь пробивавших лобовую броню Т-34 и разносивших на куски британские "Матильды".

По железной дороге курсировал состав с установленными на платформах зенитками - передвигаясь вместе с атакующими самолетами, он мог постоянно держать их в зоне своего огня. Небо защищали 71 аэростат заграждения, 6 румынских эскадрилий истребителей и 5 немецких. Герстенберг изводил личный состав бесконечными тревогами, в ходе которых "юнкерсы" имитировали авианалёты союзной авиации. Плоешти отнюдь не были лёгкой добычей.

- И ещё, - Бреретон выпрямился, - каждая бомба должна лечь точно в цель, поэтому бомбить будете не с 50 000 метров, как обычно, а с предельно низких высот.

- 2.000 метров? 1.000? 500?

- 90 и ниже.

Менее 90 метров. Это значит, что малейшая ошибка в пилотировании – и смерть. Это значит, что самолёты окажутся в зоне поражения не только зенитных орудий, но даже простого стрелкового оружия. Это значит, что, если самолёт будет подбит, экипаж не сможет спастись, выбросившись с парашютом – тот не успеет раскрыться. Вот что такое "90 метров и ниже".

Генерал Энт счёл необходимым высказать своё мнение:

- Сэр, при таких условиях потери в людях и технике будут не менее 50%.

- Генерал, если даже не вернётся никто, но задача будет выполнена, операция будет считаться успешной.

Операция началась

В начале лета в Бенгази начали прибывать тяжёлые бомбардировщики В-24 "Либерейтор", которые в отличие от B-17 "Летающих крепостей" имели большую дальность полёта. Машины оборудовали дополнительными топливными баками, пулемётами и прицелами для бомбометания с малых высот. Всё лишнее снималось.

Скоро немецкая разведка получила информацию, что в ливийской пустыне сапёры из пустых бочек выстроили контуры объектов, на которых экипажи бомбардировщиков отрабатывают синхронность действий при заходе на цель. Немцы всполошились: "Что готовятся бомбить американцы?" Но этого не знали и сами пилоты. 28 и 29 июля экипажи провели "генеральную репетицию" с полноценным бомбометанием, а вечером 31 августа им объявили: цель – нефтяные комплексы в Плоешти.

1 августа 1943 года в 7:00 на аэродроме в Бенгази загудели моторы бомбардировщиков. 178 машин, взлётная масса каждой значительно превышала допустимую, с интервалом в две минуты с тяжёлым рёвом одна за другой поднимались в воздух. Каждый самолёт нёс 12,4 тонны топлива, 1,8 тонн бомб и должен был преодолеть 3600 километров в оба конца.

Однако с первых же минут всё пошло не по плану.

Гладко было на бумаге…

Заведённые одновременно моторы армады бомбардировщиков подняли целую песчаную бурю. Видимость упала до нуля, машины взлетали вслепую, два бомбардировщика столкнулись. Попавший в моторы песок вывел из строя несколько машин, 11 бомбардировщиков повернули назад.

Над Средиземным морем летевший во главе соединения В-24 "Woпgo Woпgo" майора Флавелла внезапно начал терять высоту и упал в море. Вместе с самолётом ушёл на дно главный штурман операции. Соединение осталось без "поводыря". Генерал Узал Энт, летевший на борту самолёта полковника Комптона, возглавил группу, взяв на себя роль ведущего. Над Югославией самолёты попали в грозу, и боевой порядок распался. Рейд всё менее и менее напоминал тщательно разработанную операцию.

В 12:20 летящие самолёты засекли ПВО союзной Германии Болгарии, и в кабинет генерала Герстенберга вбежал офицер со срочным сообщением. Герстенберг развернул карту - для такой армады бомбардировщиков в Румынии есть только две цели: Плоешти и Бухарест. Что же летят бомбить эти подлые янки?

Навигационная ошибка

Точкой поворота бомбардировщиков на Плоешти был определён румынский город Флорешти. Полковник Комптон, возглавляющий группу, смотрит на лежащий под самолётом город, сверяется с картой и даёт приказ на разворот. Штурман возражает: "Рано, это не Флорешти". Но штурман – молодой 20-летний лейтенант, у которого это первый дальний вылет, полковник не верит ему. Находящийся на борту генерал Энт больше верит полковнику, и самолёт меняет курс, вслед за ним разворачиваются и все остальные бомбардировщики.

В кабинет генерала Герстенберга вбегает офицер и докладывает об изменении группой курса. Генерал смотрит на карту, ему всё ясно: цель – Бухарест. Отдаётся приказ, вся румынская авиация поднимается в небо и летит защищать столицу Румынии.

А в это время командиры ведомых Комптоном ударных групп один за другим, нарушая радиомолчание (операция под угрозой срыва!), докладывают Энту об ошибочности курса. Генерал понимает, что прав был всё-таки лейтенант, а он и полковник ошибались. Однако теперь боевой порядок расстроен окончательно, самолёты сбились с курса, а ни о каких воздушных манёврах, перестроениях не может быть и речи: топлива в баках "Либерейторов" только на полёт в оба конца и на 20 минут бомбардировки – и ни одного лишнего галлона. План операции окончательно летит к чёртям. И генерал отдаёт приказ разворачиваться на Плоешти, но теперь каждая группа самостоятельно выбирает себе цель для удара. Бомбардировщики меняют курс.

Генерал Герстенберг, узнав о новом манёвре "Либерейторв", в отчаянии ломает карандаш: "Проклятые янки!" Вслед вылетевшим истребителям летит приказ разворачиваться на Плоешти, но генерал понимает, что перехватить бомбардировщики на пути к нефтекомплексу истребители уже не успеют.

В 14:00 первой вышла на бомбёжку группа полковника Эдисона Бэкера. Зенитная артиллерия открыла заградительный огонь.

Твёрдое слово полковника Бэкера

Накануне полковник, проводя инструктаж, сказал: "Если что-то пойдёт не так, повторяйте мои манёвры: я снижаюсь – и вы снижайтесь, я открываю бомболюки – и вы открывайте, я сбрасываю бомбы – начинайте бомбёжку и вы" "Сэр, - спросил кто-то, - а что нам делать, если Вас подобьют?" "Я буду вести вас, если даже мой самолёт будет разваливаться на куски", - ответил Бэкер.

Когда до цели оставалось менее 5 километров, в самолёт полковника попали сразу 4 снаряда. Впереди было чистое поле, экипаж мог аварийно сбросить бомбы и сесть на вынужденную посадку, однако горящий бомбардировщик летел вперёд, ведя за собой всех остальных. Отбомбившись, В-24 начал набирать высоту. Видимо, пилот намеревался поднять бомбардировщик и дать экипажу возможность выброситься с парашютом. Однако в машину попал пятый снаряд, и самолёт упал, похоронив под собой весь экипаж из 10 человек.

Полковник Бэкер сдержал своё слово.

Налёт и возвращение

Бомбардировщики шли настолько низко, что немецкие зенитчики видели лица пилотов. Снизу стреляло всё, что могло стрелять. Неторопливые бомбардировщики не могли маневрировать и просто шли на огонь.

Подоспели вернувшиеся с полпути летевшие на Бухарест румынские и немецкие истребители, и пока пилот и бомбардир В-24 решали каждый свою задачу, стрелки отбивались от наседавших немецких Ме-0109 и румынских IAR-80.

Весь налёт занял 27 минут. Внизу расстилалось море огня – горели заводы, нефтехранилища и сбитые "Либерейторы". Клубы дыма застилали небо.

Отбомбившись, лётчики развернули машины и легли на обратный курс. Однако возвращение отнюдь не было лёгким. Истребители догоняли и сбивали бомбардировщики . Часть машин из-за полученных повреждений на обратном пути упали в море, часть сели на территории нейтральной Турции, где лётчики были интернированы.

Часть смогли дотянуть до Мальты и Кипра, занятых союзниками, и только 88 бомбардировщиков (из которых 53 были серьёзно повреждены) вернулись на ливийский аэродром. Последним, когда уже никто не ждал, вернулся В-24, проведший в воздухе 14 часов. Он прилетел на двух двигателях из четырёх, в полёте экипаж выбросил за борт всё, что только можно было оторвать или открутить от фюзеляжа.

Неутешительные итоги

Операция "Приливная волна" стала беспрецедентной по дальности полёта, своим масштабам и по полученным наградам: все пилоты были признаны героями, каждый был награждён крестом "За выдающиеся заслуги" - второй по значимости наградой США, пять человек получили медаль почёта.

Беспрецедентной она стала и по потерям: более трети самолётов были потеряны безвозвратно вместе с экипажами, а из вернувшихся машин большинство не подлежали восстановлению.

С военной точки зрения итоги операции сами американцы оценивали как неудовлетворительные: румыны очень быстро смогли восстановить заводы, и плоештский нефтяной комплекс уже через несколько недель возобновил поставки топлива немецкой армии в прежних объёмах. Главная цель "обескровить" германскую армию достигнута не была.

Но это нисколько не умаляет мужества американских пилотов, отдавших свои жизни ради нашей общей победы над нацизмом.

Клим Подкова

" >
Социальные комментарии Cackle